В ноябре Вике исполнилось девять лет, и она пригласила всю свою звёздочку на день рождения.

Кроме них в гости пришли две девочки, с которыми Вика ещё в детском саду дружила, и мальчишка из соседней квартиры.

Такой прилизанный воображала.

А уж хвастун — слушать тошно. Он и на скрипке играет, и в бассейне занимается, и гантели по утрам поднимает, и отличник он, и то и сё.

Говорит Вике:

— Я, — говорит, — удивительной силы и отваги человек. Я иногда сам себе поражаюсь. Я, — говорит, — с моими качествами, наверное, стану охотником на диких зверей в дебрях Африки. На львов, наверное.

— На мышей и лягушек, — говорит ему Мишка Хитров.

— Фи, как глупо! — говорит мальчишка. — Я с грубиянами, тем более с рыжими, не разговариваю.

— Что ты сказал, — кричит Мишка, — а ну-ка повтори?!

И рыжие его глаза загораются рыжим огнём.

— Не надо, мальчики! — говорит Вика. — У меня день рождения, а вы…

— Пусть скажет спасибо твоему дню рождения, — говорит Мишка, — я б ему сейчас показал рыжего грубияна.

— И вам не страшно? — удивляется мальчишка. — Вы меня не боитесь?

— Ещё чего! — говорит Мишка.

— Странно, — пожимает мальчишка плечами, — очень, очень странно! Я ведь и с гантелями, и в бассейне…

И он отошёл в сторонку. Сел, задумался и только иногда головой качает — удивляется.

Вика живёт с папой. Мама её уже год в заграничной командировке.

А папа — театральный художник, высоченный такой, в круглых очках и очень весёлый. Только это потом уже понимаешь, что он весёлый, а сперва кажется жутко сердитым. У них странная квартира, двухэтажная. На второй этаж ведёт винтовая лестница, там у Викиного папы мастерская, там он рисует.

И вот только все ребята собрались, показывается на этой лестнице Викин папа да как закричит басом.