Сарай — самое расчудесное место на всём дворе. На него совсем не трудно взобраться, а на плоской крыше хорошо бегать. Ещё хорошо лежать на крыше под солнышком. Лежишь, а сам бросаешь гальки в ребят на дворе.

Но крыша не самое главное. Самое главное — клетушки. Многие из них открыты, и потому в сарае очень удобно играть в прятки.

Однако в прятки играть хорошо, когда ребят несколько. А тут Костя и Витя вышли, а на дворе никого нет.

— Принеси самокат, — сказал Костя.

— Нельзя, — ответил Витя. — Я его покрасил, он ещё не высох.

— Ох, уж и не высох! Три дня прошло, как покрасил. Вон папа у нас стулья лаком покрывал — через час высохли.

— То лак, а у меня краска, — упрямился Витя. — Краска, знаешь, какая? Особенная!

— «Особенная!» — передразнил Костя. — И ничуть не особенная.

— Ну ладно, — сказал Витя. Он очень любил спорить. Тем более, что самокат высох ещё вчера; просто за ним не хотелось идти. — Ладно. Я потом принесу.

— Тогда идём на качели, — предложил Костя.

— Опять качели! — Витя махнул рукой. — Я лучше на крышу пойду, загорать.

— Я тебя снизу гальками закидаю.

— Не закидаешь.

— Закидаю.

Но на крышу Витя не полез. Он сел у сарая на чурбан и стал прутиком чертить на земле разные фигурки. Тогда Костя набил карман гальками и забрался на сарай.

Бац! — галька щёлкнула возле Витиных ног… Бац! — чуть-чуть не задела прутик… Ещё бац! — прямо в стриженый Витин затылок. Витя вздрогнул, поднял голову:

— Перестань!

Бац! — снова галька упала около ног… Бац! — ударилась в спину… Бац!.. А где же Витя?.. Наверное, юркнул в сарай. Значит, струсил. Ну, ничего. Костя подождёт…

Вдруг раздалось громкое:

— Ко-остя!

Голос звучал не из клетушки, а с другой стороны сарая. Интересно. Костя вскочил, перебежал крышу и, нагнувшись, глянул вниз.

Витя сидел на корточках и рассматривал какой-то предмет.