- Они подвигаются так быстро, что мне иногда трудно бывает поспевать за ними. Одна из них красивее другой; но последняя - та, что берет частные уроки, - право удивительная девушка. Вот сжигает-то свои корабли! Она бросилась в мои объятия в первый же день, и мне почти было на нее досадно за то, что она лишила меня удовольствия, какое дает постепенность, взятие укреплений одного за другим, удовольствия, почти равного тому, какое доставляет вступление в цитадель. Поверишь ли, что ровно через двенадцать минут она назначила мне свидание? Правда, в галерее Аполлона, в Лувре, но это соблюдались приличия для начала; с тех пор их у нас было множество, я перестал вести им счет. Non, c'est une fille que me depasse.

Маленькая - у нее есть мать, где-то за кулисами, запертая в шкаф или сундук - гораздо красивее и, может быть, поэтому-то она больше церемонится. Она не бегает со мной по Парижу по целым часам, она довольствуется продолжительными свиданиями в маленьком салоне с полуопущенными занавесками; начинаются они около трех часов, когда все на прогулке. Она - прелесть, эта маленькая, пожалуй слишком худа, кости несколько выдаются, но детали вполне удовлетворительны. Говорить ей можно все. Она дает себе труд делать вид, что не понимает, но ее поведение, полчаса спустя, успокаивает вас совершенно, о, совершенно! Тем не менее, высокая, - та, что берет частные уроки, замечательнее. Эти частные уроки, мой добрый Проспер, самое блестящее изобретение нашего века, и совершенно гениальная мысль со стороны мисс Миранды! Они также происходят в маленьком салоне, но при крепконакрепко запертых дверях, с положительными приказаниями всем в доме не мешать нам. И нам не мешают, мой добрый Проспер, не мешают! Ни единый звук, ни единая тень не нарушают нашего блаженства. Кузина моя, право, премилая; лавочка заслуживает успеха. Мисс Миранда высока и немного плоска; она слишком бледна, она не умеет так прелестно краснеть, как маленькая англичаночка.