Подумывала я взять учителя, но я и так уже хорошо знаю грамматику, а учителя вечно засадят вас за глаголы. Я находилась в порядочном затруднении, так как чувствовала, что мне не хотелось уехать, не приобретя, по меньшей мере, общего понятия о французском разговоре. Театр много помогает и, как я уже писала тебе в моем последнем письме, я часто посещаю увеселительные места. Я не встречаю никаких затруднений, посещая подобные места одна, со мной всегда обращаются с той вежливостью, которую, как я уже писала тебе, я встречаю повсюду. Я вижу множество дам без провожатых - по большей части француженок - и им, по-видимому, так же весело, как и мне. Но в театре говорят так скоро, что я едва могу понимать разговор; кроме того, встречается множество вульгарных выражений, знакомиться с которыми бесполезно. Тем не менее, театр навел меня на мысль. На другой же день по отсылке последнего моего письма к тебе, я отправилась в Palais-Royal, один из главных парижских театров. Он очень невелик, но очень известен, и в моем путеводителе отмечен двумя звездочками, что служит признаком значения, придаваемого только первоклассным достопримечательностям. Но, просидев там с полчаса, я убедилась, что не понимаю ни единого слова пьесы, так они трещали, употребляли странные выражения. Я была сильно разочарована и смущена, боясь, что не добьюсь всего, зачем приехала. Но пока я размышляла об этом - соображая, что мне делать - я услыхала разговор двух джентльменов за моей спиной. Был антракт, я невольно прислушивалась к их разговору. Они говорили по-английски, но я узнала в них американцев.