
Куби Лай-шиу завладел мечом и, считая его оружием самого Будды, по возвращении с богомолья преподнес в дар Киен Лунгу, императору Китая и своему ленному владыке По приказанию императора меч был помещен в одном из сорока зданий государственного дворца
— Интересно! — сказал Крекнер и, отбросив докуренную сигару, молча уставился на рассказчика.
Кордонасо воспользовался восклицанием Крекнера, чтобы сделать маленький перерыв и промочить хересом пересохшее горло, а затем продолжал:
— Этому оружию приписывалась чудодейственная сила, и оно являлось предметом завистливых желаний всех буддийских народов: Бирма, Тонкий, Сиам
— Кем? — с любопытством спросили некоторые из слушателей.
— Этого никто не знал. Кто говорил — целой шайкой искуснейших воров, кто — бирманцами, кто — японцами, подкупленными микадо, кто — индийцами. Киен Лунг разослал послов по всем государствам Азии, но поиски оказались безуспешными. Меч как в воду канул.
Только уже около 1801 года, после смерти Киен Лунга, разнесся слух, что чудодейственное оружие было украдено одним мандарином из Юаньяна, фанатичным последователем Будды. Говорили также, что вор спрятал его в одном из буддийских храмов своего города.
Император Киа Кинг, наследовавший престол Киен Лунга, передал нескольким доверенным лицам рисунок с изображением драгоценного оружия и послал их в Юньнань на розыски, но никто из них не добился успеха и большинство посланных были убиты — говорят, самими бонзами
В 1857 году, охотясь близ берегов Ганьцзяна, я случайно встретил сына одного из послов, участвовавших в розысках Киа Кинга, у которого еще хранился рисунок священного меча Будды. Я, разумеется, купил этот рисунок и, вернувшись в Кантон, показал моему другу Родни, который и предложил попытаться разыскать пропавший меч.
— Прекрасная идея! — воскликнул Крекнер.
— После долгих размышлений мы решили отправиться на поиски в Юньнань, — сказал боливиец с некоторой гордостью, — потому что, согласитесь сами, более подходящих людей, чем мы двое, трудно было бы найти для такого рискованного предприятия.
