Воспользовавшись свободной минутой, сестра начала перебирать четки.

- Молитесь за меня, сестрица, - вдруг шепнул г-н Тибо настойчивым и торжественным тоном, отнюдь ему не свойственным.

Закончив читать "Деву Марию", сестра ответила:

- А как же! Я молюсь за вас, сударь, молюсь по нескольку раз в день.

Наступило молчание, но г-н Тибо вдруг нарушил его:

- Знаете, сестрица, я очень болен. Очень... очень болен... - Он запинался, к горлу подступали слезы.

Монахиня запротестовала, чуть принужденно улыбаясь:

- С чего это вы взяли!

- Просто от меня скрывают, - снова заговорил больной, - но я чувствую, мне не выкарабкаться! - И так как сиделка не прервала его, он добавил даже с каким-то вызовом: - Я знаю, что долго не протяну.

Он следил за ней краем глаза. Она покачала головой, продолжая молиться.

Господин Тибо вдруг испугался.

- Мне надо повидаться с аббатом Векаром, - проговорил он хрипло.

Монахиня простодушно заметила:

- Вы ведь в ту субботу причащались, значит, вы свои счеты с господом богом уже свели.

Тибо не ответил. На висках его заблестели капли пота, нижняя челюсть затряслась. Промывание начинало действовать. Страх тоже.

- Утку, - выдохнул он.

Минуту спустя, между двумя глубокими вздохами, между двумя стонами, он кинул на монахиню мстительный взгляд и буркнул:

- Я слабею с каждым днем... я должен повидаться с аббатом!

Монахиня грела в тазике воду и не заметила, что больной растерянно следит за выражением ее лица.

- Как вам угодно, - уклончиво произнесла она. Положила грелку и пальцем проверила, горяча ли вода в тазике. Потом, не подымая глаз, пробормотала что-то про себя.