- Каких же? - спросил Жак, стараясь сохранять чисто вопросительную интонацию.
- Ну, - сказал Руа, вскинув свою маленькую круглую голову, - как раз те, которые я больше всего ценю: мужественную энергию, любовь к риску, сознание долга и даже больше - самопожертвование, когда ваша частная воля отдается на служение некоему коллективному действию, широкому, героическому... Вы не считаете разве, что человека молодого и сильного духом должно непреодолимо влечь к героизму?
- Да, - лаконически признал Жак.
- Прекрасная это вещь - доблесть! - продолжал Руа с победоносной улыбкой, причем глаза его заблестели. - Война для людей нашего возраста великолепный спорт: самый благородный спорт.
- Спорт, - возмущенно проворчал Штудлер, - за который расплачиваются человеческими жизнями!
- Ну и что же? - бросил ему Руа. - Ведь человечество размножается достаточно быстро: разве оно не может позволить себе время от времени такую роскошь, раз ему это необходимо?
- Необходимо?
- Гигиена народов периодически требует хорошего кровопускания. Если мирные периоды слишком затягиваются, на земле вырабатывается уйма токсинов, которые отравляют ее и от которых ей надо очиститься, как человеку, ведущему слишком сидячий образ жизни. Мне кажется, что в данный момент хорошее кровопускание особенно необходимо французской душе. И даже европейской. Необходимо, если мы не хотим, чтобы наша западная цивилизация погрязла в низости, пришла в упадок.
- По-моему, низость именно в том, чтобы уступать жестокости и ненависти! - заметил Штудлер.
- А кто говорит о жестокости? Кто говорит о ненависти? - возразил Руа, пожимая плечами. - Вечно одни и те же общие места, один и тот же нелепый трафарет! Уверяю вас, для людей моего поколения война вовсе не означает призыва к жестокости и еще меньше - к ненависти! Война - это не ссора двух человек, она выше индивидуумов: это смелое предприятие, в котором участвуют две нации... Великолепное предприятие! Спортивный матч в чистом виде! На поле битвы, совсем как на стадионе, сражающиеся люди - это игроки двух соперничающих команд: они не враги, они противники!