Рецензент: Доктор экономических наук, профессор, декан факультета социологии НИУ ВШЭ А.Ю. Чепуренко.

Авторский коллектив: Московская А.А. (рук. авт. колл., отв. ред.; введение, гл. 1–7, заключение, приложение); Аларичева М.А. (гл. 2); Албутова А.И. (гл. 2); Васина (Зайцева ) М.Н. (гл. 2); Лыткина Т.С. (гл. 5); Мамута М.В. (гл. 8); Попова И.П. (гл. 5); Силаева В.Л. (гл. 5); Сорокина О.С. (гл. 2); Сыкалов И.А. (гл. 5); Шлыкова О.В. (гл. 2)

Опыт социального предпринимательства начал активно накапливаться примерно с 1970 — 1980-х годов ХХ в., появившись почти одновременно в разных точках мира с разными экономическими и социальными условиями, а в 1990-х годах и в странах побежденного социализма. Это позволило некоторым аналитикам увидеть в социальном предпринимательстве своего рода мейнстрим — «мейнстрим инакомыслящих» («Mainstreaming of the mavericks») — так называлась статья Ч. Лидбитера, объяснявшего в 2007 г. причины популярности своей книги «The rise of the Social entrepreneur», вышедшей в Великобритании в 1997 г. Книга послужила вехой в росте популярности социального предпринимательства в этой стране и во многих других западных странах [Leadbeater, 1997; 2007].

К началу нового столетия социальное предпринимательство стало предметом больших общественных ожиданий. Все чаще оно признается новой перспективой развития то третьего сектора, то бизнеса, а то и социальной политики государства. Разумеется, профессиональные эксперты каждого из этих секторов далеки от социального мифотворчества, но общественная мифология формируется в общественной среде и фиксируется в СМИ, так что в конечном счете она оказывает влияние на принятие решений и политиков, и бизнесменов, и на менеджмент некоммерческих организаций (НКО). Задача исследователей — разобраться во всем этом потоке смыслов с тем, чтобы определить содержание, место и перспективы социального предпринимательства в мире и в каждой стране в отдельности.