— Я пойду, — сказала она. — Тяжесть слишком велика.

— Снег мягкий, — пояснил Мак-Вей. — Идемте.

Он протянул ей руку и с тем же странным взглядом женщина подала ему свою. Она боязливо оглянулась назад на ящик, и Мак-Вей понял ее. Он немного крепче сжал ее пальцы и притянул ее ближе к себе. Рука об руку продолжали они свой путь по снежной равнине. Мак-Вей ничего не говорил, но кровь его огнем переливалась в жилах. Маленькая рука, которую он держал, трепетала и вздрагивала. Раз или два она пробовала ускользнуть, но он крепче сжимал ее. Наконец она покорно осталась в его руке, теплая и трепещущая. Поглядывая вбок, он видел профиль женщины.

Длинная блестящая прядь выбилась из-под меховой шапки, легкий ветер поднял ее и бросил на его рукав. Тихонько, как вор, он поднял ее к губам, пока женщина смотрела прямо вперед, туда, где постепенно вырисовывалась полоса леса. Щеки его горели отчасти от стыда, отчасти от бурной радости. Потом он выпрямился и стряхнул с рукава прядь волос.

Три четверти часа спустя они добрались до опушки леса. Он все еще держал ее руку. Под лучами звезд, озарявших их, он продолжал сжимать ее, но вдруг он быстро и испуганно поднял голову.

— Что это было?

— Ничего, — сказала женщина. — Я не слышала ничего. Может быть, это ветер шелестит ветвями?

Она отвернулась от него. Собаки, повизгивая, подошли к ящику. С равнины доносились стоны ветра.

— Поднимается метель, — сказал Билли. — Должно быть, я слышал ветер.

Глава III. «В ЧЕСТЬ ЖИВОГО»

Несколько мгновений Билли стоял, стараясь определить тот звук, который не походил на завывание ветра среди равнины.