Искренне уважающий вас

Альварес дель Андо,

профессор археологии».

Дочитав письмо до конца, глубокоуважаемый сеньор Буланов, он же кандидат медицинских наук А. М. Буланов, выкинул странную штуку. Держа письмо перед собой в далеко вытянутых руках, он начал танцевать, громко напевая слова пошлейшего танго, услышанные неведомо от кого и где в далеком детстве и с тех пор, оказывается, почему-то застрявшие в глубинах его подсознания:

В далекой сказочной и знойной Аргентине,

Под солнцем Мексики, палящим, как опал,

Где в людях страсть пылает, как огонь в камине…

Я никогда в тех странах не бывал.

Он проделывал это довольно долго — раскачиваясь, подвывая и особенно многозначительно выделяя слова: «Под солнцем Мексики… стрррррасть… не бывал!»

Если бы кто заглянул в это время в комнату, то глубокоуважаемого сеньора Буланова наверняка приняли бы за сумасшедшего. Хотя, впрочем, в Ученом городке видали и не такое. Тут чудаков хватало.

Оборвав свое дикое пение на полуслове, Андрей остановился прямо посреди комнаты и начал снова так поспешно перечитывать письмо, будто опасался, что все ему только померещилось и заветные слова вдруг исчезнут, испарятся с голубоватой бумаги.

Но все слова, к счастью, остались на месте и не изменили своего смысла

«Вот, оказывается, как обыденно приходит осуществление заветнейшей мечты», — философски подумал он, бережно засовывая письмо обратно в конверт и пряча его в стол.

А мечтал уже давно Андрей Буланов о том, как бы разгадать, наконец, тайну покинутых городов древних майя, над которой не одно столетие ломали себе головы многие исследователи в разных странах мира.

Немало загадок оставил археологам этот удивительный народ, создавший еще на рубеже нашей эры могущественное государство в тропических лесах Мексики и Гватемалы. Древние майя не знали колеса, но вели точнейшие астрономические наблюдения и разработали календарь, более совершенный, чем нынешний. Они не знали плуга, но подарили человечеству такую ценнейшую культуру, как кукуруза.