На холм взбирался юноша - спасти уснувшую от пыльцы слепой ивы девушку.

- Это я, да? - прервал ее приятель.

Подруга покачала головой:

- Нет, не ты.

- А ты что, знаешь?

- Да, - гордо ответила она. - Правда, не знаю почему, но это так. Я тебя обидела?

- Еще как! - ответил он, шутливо скривившись.

Юноша медленно взбирался на холм, раздвигая заросли слепой ивы. Он оказался здесь первым человеком с тех пор, как слепая ива начала буйно разрастаться по холму. Натянув глубже шляпу и отмахиваясь от роя мух, юноша шел по тропе. На встречу со спящей девушкой - пробудить ее от долгого и глубокого сна.

- Но пока он добрался до вершины холма, тело девушки уже изъели мухи? - спросил приятель.

- В каком-то смысле, - ответила подруга.

- В каком-то смысле печальная история - быть в каком-то смысле съеденной мухами.

- Ну да, - сказала она, немного подумав. И мне: - А ты как думаешь?

- Грустная история.

Брат вернулся в двенадцать двадцать. С пакетом лекарств и таким выражением лица, словно ничего не различал вокруг. Ему потребовалось некоторое время, чтобы от дверей найти глазами мой столик. Брат шагал неуклюже, будто не в силах держать равновесие. Усевшись напротив, он глубоко вздохнул, будто до этого был так занят, что забывал дышать.

- Ну как? - поинтересовался я.

- Да, это... - начал было он.

Я ждал, надеясь, что он заговорит, но разговор все не начинался.

- Есть хочешь?

Брат кивнул.

- Здесь поедим или где-нибудь в городе?

Он подозрительно окинул взглядом помещение.

- Давай здесь.

Я купил талончики и заказал два комплекса. Пока несли еду, он молча разглядывал вид за окном: море, аллею дзелькв, поливалки, - все то же, что до этого видел я.