Теперь она смеялась над собой. "Я ребенок по сравнению с ним!" думала она, вспоминая, с каким жаром он выступал перед членами Четвергового клуба. Она почувствовала удовлетворение. "В жизни каждого человека должна быть глубокая духовная любовь, - уверяла она себя. - Я как та женщина в библии, которая в знойный день отправилась одна из своей деревни к колодцу на пыльной равнине и увидела там лежащего на каменной скамье святого человека, того, кому ведом был истинный путь в жизни".

Его поведение во время концерта вызвало у нее полную растерянность.

Начать с того, что музыка совсем не поглотила его и не унесла куда-то вдаль, и он весь вечер смотрел на девушку голодными глазами. Когда они шли домой, он вместо того, чтобы беседовать с нею и целиком отдаваться возникающим мыслям, был молчалив и робок.

А затем он поцеловал ее, и сразу же отрешенное и взволнованное состояние сменилось у нее каким-то чувством недовольства к решимости.

Когда они дошли до дома, было десять часов, ее отец еще не возвращался из редакции газеты. Светила луна, они вошли в сад в селя рядом на скамью. После того как он поцеловал ее, она отошла и остановилась под деревом, потому что ей нужно было освоиться с новым положением вещей. Она позволила себе превратиться в ребенка, и ее детские руки начали строить храм. Теперь все кирпичи и камни с грохотом обвалились, подняв тучу пыли.

Пытаясь разрядить напряженность, она повела его из сада на улицу. Она ведь не считает, в конце концов, что между ними вое кончено. Кое-чего еще хочет она сама. Они шли под деревьями по притихшей улице, и их обогнала компания молодежи, распевавшая какую-то нелепую любовную песенку.

Улица кончилась, они очутились в поле, и вот тут она постигла всю глубину его непонимания. В овражке у края поля росло несколько кустов бузины, и он потянул ее туда. Когда она, немного удивившись, отпрянула, он рассердился.

- Значит, поцелуй, который вы мне вернули, был ложью? - резко спросил он.