- А ну, на выход! - повысив голос, скомандовал он и подтолкнул фальшивых контролёров к дверям, благо, автобус притормаживал у остановки.

Провожаемые мстительными улыбками пассажиров, они вышли, и Макс загнал покорное ему стадо в широкую щель между ларьками. Молодые люди выглядели бледно. Макс догадывался, как погано сейчас у них на душе.

- Ну так что? - спросил он. - Пойдём протокол составлять?

- Не надо, - промямлил белобрысый и веснушчатый. - Мы… больше не будем.

Макс фыркнул, едва сдерживая смех.

- В детском саду что ли?! - добавил он громко, шпану следовало прессовать без перерыва. - Тоже мне "больше не будем"! - передразнил Макс. - Ты знаешь, что за мошенничество и подделку документов можешь до десятки огрести? А ну, показывайте, сколько сегодня наворовали.

"Может, когда-нибудь и станут людьми, - думал Макс, наблюдая, с каким усердием юниоры выворачивают карманы, - но очень и очень нескоро. Честность - страшный порок, вылечиться от которого стоит очень дорого".

Денег, собранных лжеконтролёрами за утреннюю смену, хватило бы на месячную профессорскую зарплату. Забрав купюры и отвесив белобрысому крепкого леща, чтобы не пришло в голову потребовать назад свои палёные карточки, Макс с чувством выполненного долга отошёл к краю тротуара и поднял руку. Тачка причалила почти сразу. Оставив юниоров у ларьков горевать о потерянной выручке и делать выводы на будущее, Макс отбыл домой. На хлеб он сегодня заработал, и толкаться в общественном транспорте было уже ни к чему.

Глава Вторая,

в которой Макс Верещагин листает газету, вспоминает прошлое и думает о будущем.

Жил Макс у "Электросилы", в доме окнами на Московский проспект. Частник высадил его возле станции метро, и Макс прогулялся по торговым развалам. Накупив свежих продуктов и газет, он наконец добрался до своей малогабаритной квартиры.