- Значит, по-вашему, отцом является Тимми Мартин? - спросил он Тома.

- Ну, клясться не стану, - честно признался Том, усаживаясь поглубже на стуле и кладя ногу на ногу. - Как я могу? Я только говорю, что я был у нее не один, и, главное, она этим похвалялась. Да, черт возьми, похвалялась! повторил он, как бы изумляясь женской порочности.

- При свидетелях? - от безнадежности глаза у Питера совсем разъехались в стороны.

- Насчет этого, - с важностью ответил Том, ища взглядом открытое окно, чтобы сплюнуть, - не побожусь.

- Но ты понял так, что она имела в виду Тимми Мартина?

- Нет, я вовсе не обвиняю Тимми Мартина, - переполошился Том, сообразив, что тонкости судопроизводства не иначе как вовлекут его в ссору с Мартинами, а семья у них буйная, и они способны расквитаться с ним средствами, не известными закону. - Просто иногда она встречалась с Тимми Мартином. А так, кто его знает - может, это он, а может, кто другой, а может даже, - добавил он с таким видом, будто на него только что снизошло откровение, - у нее их было несколько. - Он перевел взгляд с Питера на отца и обратно, желая проверить, какое впечатление произвели его слова, но, как это водится с наитиями, оно не получило одобрения. - Да, черт возьми, - сказал он, усаживаясь еще глубже, - их могло быть сколько угодно... Но насчет этого, - добавил он предусмотрительно, - я бы не мог поклясться.

- И ни один человек, Том, тебе бы не посоветовал, - сказал поверенный, с трудом стараясь сохранять вежливость. - Тебе понадобится хороший адвокат.

- Черт возьми, а ведь и вправду понадобится! - согласился Том, как бы пораженный тем, что могут найтись такие плохие люди, которые ему не поверят.

В деревне началось большое оживление, когда разнесся слух, что Флинны наняли адвокатом Горлопана Купера. Купер всегда вызывал интерес у публики, хотя бы как первоклассный номер судебного представления, тем более что все знали - черное и белое займут в этом деле свои надлежащие места, и даже такая малость, как парядное платье Эйлин ОТрэди, не будет оставлена без внимания.