Беллмур. Обыкновенный дурак.

Шарпер. Наряд у него крикливый.

Беллмур. Зато подкладка убогая. И все-таки тебе стоит с ним познакомиться, Том. Капелька твоей алхимии - и эту грязь можно превратить в золото.

Шарпер. Серьезно? Ну что ж, я нищ, как всякий алхимик, и, как алхимик, буду лезть из кожи. А кто сопровождал его? Уж не дракон ли, охраняющий клад?

Беллмур. Какой он дракон, чтоб ему пусто было! А если и дракон, то из робких. Ручаюсь, ярость в нем дремлет, а если и проснется, его достаточно отхлестать, и она снова мирно уснет.

Шарпер. Вот он какого поля ягода!

Беллмур. Именно такого, а этот старый дуралей сэр Джозеф Уиттол обожает его, считает примером доблести, называет своей опорой и спиной. Они, действительно, неразлучны, только вот прошлой ночью, не знаю уж по какому недоразумению, наш достойный рыцарь остался один и угодил в лапы грабителей. Те наверняка обчистили бы его, но я случайно проходил мимо и подоспел на выручку. По-моему, он отчаянно струсил: не успел вырваться, как тут же задал стрекача, не взглянув даже, кто его спас.

Шарпер. А этот хвастун, его спутник - офицер?

Беллмур. Нет, но притворяется военным и носит форму. А мундир в наши дни так же часто маскирует трусость, как черное одеяние - безбожника.

Тебе следует знать, что этот малый побывал за границей - исключительно для того, чтобы уклониться от похода, разжился там кое-какими секретами и перепродает их здесь командующему, а тот, презирая людей достойных и предпочитая корыстных, освободил его от службы в армии...

Шарпер. По каковой причине он, без сомнения, всюду похваляется своими заслугами.

Беллмур. Рассказывает о себе чудеса и бьет во все барабаны. Сходство с барабаном - единственное, что в нем есть от вояки: шум оглушительный, а внутри пустота.

Шарпер. И годен он лишь на одно - чтобы по нему били.

Беллмур. Верно, но здесь сравнению конец: на удары он отвечает не громче, чем подколенная подушечка в церкви.