Это качество присуще детям. Не отсутствие опыта или знаний - не об этом я говорю, - это качество ребенка, который смотрит на будущее как на что-то прекрасное, всегда ждет от будущего еще и еще более прекрасного.

Это качество я видел и у писателя Маршака. Когда я разговаривал с Маршаком, я чувствовал, что передо мной сидит чрезвычайно значительный, интересный, большой человек, по-настоящему большой человек.

Маршаку все казалось чудесным, казалось, что будущее беспредельно, каждый день принесет что-нибудь новое, замечательное.

Цветок для ребенка, который он видит первый раз в жизни, - чудо. После того, как он видит цветы много раз, они начинают терять свое чудесное обаяние. Но для настоящих, больших людей, таких, как Маршак и многие другие советские люди, прекрасные явления, невзирая на то, что они встречаются часто, не теряют своей свежести.

В своей жизни мне приходилось встречать много калек. Можно сказать, что между нами, калеками, во всем мире возникают особые отношения солидарности, официально не оформленный клуб, товарищество. Это отношение основано на глубоком знании и переживании другого. Я знаю, что, когда человек на костылях смотрит на улицу, он видит каждую малую возвышенность, каждую ямку, он видит, какое это расстояние, какие трудности встретятся на, казалось бы, ровном тротуаре или мостовой. Например, для меня - человека на костылях пройти 100 ярдов - это огромное расстояние.

В западном мире калеки - это меньшинство, к которому относятся с некоторым пренебрежением и с опаской. Крепкому, здоровому человеку на Западе смотреть на калеку неприятно: он представляет себя на костылях, и ему делается страшно. Калеки, которых я встречал на Западе, - это обычно очень одинокие люди. Им нужно бороться за то, чтобы иметь друзей.