Все дороги завалило.

VIII

Шло время, и я овладел собой,

Не стал я тоске предаваться.

Словно смятое платье, лег снег над рекой.

Озарила луна покров снеговой,

Звезды начали загораться.

Чересчур я силен, чтоб тоской изойти,

Если к ночи стал день клониться.

Мне, как мысли, не усидеть взаперти.

Я по горным тропам должен идти

И над пропастью остановиться.

А в безмолвной долине звук возникал,

Я прислушивался невольно,

Где-то ласково, сладко и нежно звучал

Тот напев, что давным-давно я слыхал,

И узнал я звон колокольный.

О том, что господь родился на свет,

Колокола возвестили.

Зажег в доме лампу старик сосед,

В окне моей матери вспыхнул свет,

И они меня странно манили.

Дом и прежняя жизнь, что казалась скудна,

Засияли, как древняя сага.

На высотах молчит ледяная страна,

А внизу у меня есть мать и жена,

Вместе с ними быть - вот оно, благо.

У себя за спиной услыхал я смех,

То охотник, до шуток охочий,

Мои тайные мысли прочел, как на грех:

"Растрогался, вижу? Бывает у всех

При виде обители отчей!"

И сызнова смел и силен я был,

И снова был закаленным,

Ветер с вершин меня охладил,

Никто бы отныне уже не смутил

Меня рождественским звоном.

Вспыхнуло что-то над домом родным,

Где мать моя оставалась,

Казалось, рассвет занялся над ним,

Потом повалил клубами дым,

Пламя потом показалось.

Скоро весь дом охватило огнем,

Я вскрикнул было, но живо

Охотник утешил: "Что тебе в том,

Всего и горит что прогнивший дом,

Облезлая кошка да пиво".

И выложил мне своей мысли ход,

Мое одолев смятенье:

Когда озаряет луна небосвод,

А землю огонь, их смесь создает