Что честь свою он не пятнал,

Лишь в жизни раз коня угнал,

И то у Джимми - сам украл

Тот лошадей без счета.

XI

Одна брожу я много лет,

Уж много лет...

Ребенок родился на свет

В день самый приговора,

Под деревом я родила,

Но в тельце не было тепла...

И Ли недавно умерла,

Последняя опора.

XII

Когда лежала я без сил,

Совсем без сил,

Листок свой вяз мне обронил

На высохшую щеку.

И молвил мне, явясь, мертвец,

За чью любовь теперь конец

Я приняла б: "Так кто отец?

Обманывать жестоко!"

XIII

И я ему клялась тогда,

Клялась тогда,

Что все минувшие года

Ему принадлежала.

Он улыбнулся и исчез,

Лишь пел, раскачиваясь, лес.

А ныне я одна как перст

Бреду вперед устало.

Апрель 1902

Перевод А. Шараповой

ГОСТЕПРИИМНЫЙ ДОМ

Помнишь, как с песней бочонок почали,

Бросили в печку дрова...

Помнишь, как здесь мы друзей привечали

В канун Рождества?

Умерли или, как я, поседели

Те, кто веселой порой

Песни, немногим понятные, пели

Здесь, вместе со мной.

Смолкла виола, чьи звуки когда-то

В лад нашей песне пришлись.

Ржавчина съела круг циферблата,

Где стрелки сошлись.

Теперь никто Рождеств не справляет,

Не празднует Новый год,

А в доме оставленном крот шныряет,

Арахна прядет.

Но все-таки в полночь, когда луною

Освечены дом и сад,

Все те, что сидели в те дни со мною,

Приходят назад.

Перевод А. Шараповой

ЗИМА КРЕСТЬЯНКИ

Когда бы зеленели

Деревья круглый год,

И птицы все звенели,

Не ведая забот,

И не тянуло хладом

В предвестье близких вьюг,

Тогда бы снова рядом

Со мною был мой друг!

Тот, что пахал, слабея