Судя по описанию, речь шла о Турецком Султане, облаченном в штаны Хопкинса.
– И что было дальше?
– Он велел мне зайти с ним в лавку старьевщика, а там сменил свои штаны на красные мусульманские шаровары.
– Мои штаны! – взревел Хопкинс, как раненый зверь.
– Посулил приплатить за обмен, но когда натянул на себя шаровары, денег старьевщику не дал, да еще пригрозил отколотить… Потом написал вот эту цидульку и велел отнести вам, а вы, мол, заплатите мне пять франков и угостите выпивкой.
Мы по-быстрому спровадили малого пинками, после чего развернули послание Турецкого Султана.
«Привет, ребятишки, держитесь за штанишки!
Не серчайте, но я вас малость подвел. Уносите ноги со старого корыта, да поживее. Наведался туда средь ночи хозяин с какими-то парнями, приволокли сундучище огроменный, в трюм его спустили. Как только они смотались, я было сунулся туда, вдруг, думаю, удастся чем ни-то поживиться… А в сундуке-то трупешник! Ох, не к добру это, братцы! Смывайтесь, пока не поздно, не то фараоны заметут. Подкладывать вам подлянку я вовсе не собирался, так уж оно получилось. На верность и дружбу мою завсегда можете рассчитывать, у нас, турецких султанов, с этим делом железно».
Ничего себе подарочек – покойник в трюме!
– Лети стрелой! – распорядился Чурбан Хопкинс. – Ежели через час не воротишься, я сигану в воду и на сушу больше не вылезу. Подамся в русалки!
К положению Турецкого Султана, конечно, можно было отнестись с пониманием – он угодил в ловушку, но чтобы подставить нас и даже словом не упредить… Подлянка она и есть подлянка, как он сам выразился.
– Ладно, я побежал…
– Чеши по авеню маршала Жоффра, там из любого проулка выскочишь на дорогу к кладбищу. А позади кладбища стоят водные цистерны.
– Понял.
– За почтой можно угнать автомобиль, тогда обернешься в два счета.
– Сегодня? – возмутился я. – В день святой Марты?!