Грубая прямота, с которой совершает покупки мужчина, вызывает у женщин только насмешку. Кошка, которая растягивает одну мышь на полдня, а потом, весьма вероятно, теряет ее, несомненно так же презирает терьера, который приканчивает свою крысу в десять секунд. Недавно я, покупая несколько мелочей, был обнаружен одной знакомой дамой, которую мы, вопреки указаниям, данным тридцать лет назад ее крестными, назовем Агатой.

- Не будете же вы покупать промокательную бумагу ЗДЕСЬ! - взволнованно зашептала она. У ней был такой обеспокоенный вид, что я удержал свою руку, тянувшуюся именно к промокательной бумаге.

- Пойдемте в "Рюшечки-безделушечки" - сказала она сразу, как мы вышли из магазина. - У них есть такие прелестные оттенки промокательной бумаги жемчужный, и гелиотроп, и momie, и гофрированая.

- Но мне нужна обычная белая промокашка. - возразил я.

- Ничего. Меня там знают. - непоследовательно отвечала она. Очевидно, Агата считала, что промокательную бумагу продают только в малых количествах, и только лично известным хозяину покупателям с незапятнанной репутацией, которым можно доверить этот опасный и редкий товар, не опасаясь, что они употребят его в преступных целях. Пройдя пару сотен ярдов, она решила, что ее чай в данный момент важнее, чем моя промокательная бумага.

- А зачем вам промокашка? - неожиданно спросила она. Я терпеливо объяснил:

- Я пользуюсь ей, чтобы высушить, не смазывая, свежую рукопись. Вероятно, этот способ изобретен китайцами где-нибудь во втором веке до Рождества Христова - впрочем, не уверен. Я не могу придумать ей никакого иного употребления - разве что скатать ее в шарик для игры с котенком.

- Но у вас же нет котенка. - отвечала Агата, с чисто женским стремлением всегда говорить всю правду.

- Бездомный котенок может забрести в любой момент. - возразил я.

Так или иначе, промокательной бумаги я не получил.