Ну ладно, — сказал Тимыч, — погнали тогда в парикмахерскую.

На фига?! Я сама тебя обкорнаю… — Любка достала машинку для стрижки волос. — Садись и не дергайся.

Жжжжжжжжжжжжжжж… — зажала машинка.

— Готово! — объявила Крутая через минуту.

Тимыч глянул на себя в зеркало.

Прямо скинхед какой-то, — фыркнул он.

А что, прикольный видок, — сказала Любка, довольная результатом своей работы. И тут же решила: — Пожалуй, после окончания школы займусь парикмахерским бизнесом.

…Ближе к полуночи ребята вырубили во всей квартире свет, и Тимыч, держа в левой руке горящую свечу, подошел к старинному зеркалу.

БОМ-БОМ-БОМ… пробили настенные часы полночь.

Тимыч лизнул свое отражение и сказал:

— Лысая башка, дай кусочек пирожка.

Ничего не произошло.

— Лысая башка, — повторил Тимыч, снова лизнув отражение, — дай кусочек пирожка.

Ни ответа ни привета.

А чего он не приходит-то? — обернулся Тимыч к Любке Крутой.

Ты говори, говори… Сейчас придет.

Лысая башка, дай кусочек пирожка, лысая башка, дай кусочек пирожка… — стал повторять Тимыч как заведенный.

Зеркало молчало.

Громче говори, — распорядилась Любка. — Наверное, он не слышит.

Лысая башка, дай кусочек пирожка! — прокричал Тимыч.

А в ответ — тишина.

Попробуй вежливо его позвать, — велела Крутая.

Уважаемая лысая башка, — обратился Тимыч к зеркалу, — дайте, пожалуйста, кусочек пирожка.

Зеркало продолжало молчать.

Хм. Странно, — сказала Крутая, перекатив во рту жвачку.

Может, ему приказать? — спросил Тимыч.

— Ну прикажи.

Тимыч приказал:

— Лысая башка, блин, давай в темпе кусок пирожка!

Но и на приказной тон дух не отреагировал.

Короче, как только Тимыч не вызывал духа зеркала — тот упорно отмалчивался.