- Я отомщу, я обязательно отомщу, - поклялся Бонасье, унося мокрый узелок. В его воспаленном мозгу, он, Бонасье представал рыцарем, которого обесчестили и, который будет жестоко мстить, до тех пор, пока подлые мерзавцы не умрут страшной смертью, громко крича перед смертью, как бараны. И вот он, Бонасье, выхватывает пистолет, выглядывает из-за угла и ...
Тут он вдруг поскользнулся и упал. Раздался страшный взрыв, и кусочки узелка вместе с кусочками Бонасье разлетелись в разные стороны, испачкав висевшее на балконе второго этажа дома напротив, недавно постиранное нижнее белье некоего господина де Кардена, чья изумленная физиономия попала в газету под заголовком: «Трусы с глазами - новый шик».
С тех пор, у господина де Кардена не было отбоя от покупателей, и он переквалифицировался из гинеколога в портного.
Глава 12.
В то время, как Д’Арнатьян развлекался с госпожой Бонасье, герцог Бекингэм с Ее Величеством, а сам король занимался тем же самым с канцлером Сегой; так вот, в это же самое время, кардинал Ширелье сидел в своей мрачной комнатке, стены которой были размалеваны неизвестным художником с буйной эротической фантазией, вспоминая старые обиды и придумывая новые. Посидев так полчаса, он нашел для себя более приятное занятие и, захватив видеокамеру, пошел подглядывать за Ее Величеством и герцогом Бекингэмом, покусившимся на честь Ее Величества. Ночью, пока королева спала, благородный герцог решил удалиться втихаря, и захватил на память о королеве, все, что на ней было одето - алмазные подвески, подаренные Его Величеством.
- Так-так, воруем, значит, мать вашу, - отметил для себя Ширелье, удрученный воспоминаниями о том, как королева ему не дала, то есть как раз дала, но в глаз. - Я Вам всем покажу! - заявил Ширелье, и его сутана с протертым задом, ясно указывала на то, что именно кардинал собирается показать.
Итак, на следующее утро герцога и след простыл, как впрочем, и алмазных подвесок.