Отец Баран заметил, дрожа от вечернего холода всем своим бритым телом:

- Что-то ваша Свинка около Волка крутилась сегодня, уж не продала ли она ему чего?

Его жена, бритая Овца в новых зеленых сапожках, поддакнула:

- Да, она в ее возрасте слишком большая модница, все интересовалась насчет зеленых сапожек! Волк ей так прямо и сказал: не обещаю!

- Волк? - угрожающе спросил папа Хряпа, и щетина на его загривке стала дыбом.

И вся компания побежала по следам, ища на дороге грязные бумажки.

Тем временем у волчьей норы Запятайка крепко держала вырывающегося Хвостика, он визжал, что хочет жвачки и мороженого, а Свинка, бледная от стыда, тихо уговаривала разъяренного Волка подождать и не уходить - Волк уже спрятал бритву и утверждал, что его ждут в другом месте другие поросята. "Не одни вы свиньи на свете, - рычал он, - а сапожки всем нужны".

В доказательство он даже сбегал в нору и вытащил большую розовую коробку, но не открыл ее, а положил в кусты. На этом месте у Свинки градом потекли слезы, и она крепко стукнула упрямую Запятайку по спине.

Запятайка охнула и выпустила Хвостика, который со всех ног кинулся в волчье логово, а Волк быстро нырнул за ним, на ходу шаря в кармане штанов, видимо, насчет бритвы.

Тут Свинка схватила Запятайку за шею и не пускала ее бежать вслед за Хвостиком, а, наоборот, тащила ее в кусты, где лежала розовая коробка.

- Пусти! - вопила Запятайка.

- Идем, чего покажу! - кричала Свинка.

А из логова в добавление ко всему понесся долгий и отчаянный визг Хвостика.

- Прошу тебя, пусти! - плакала Запятайка.

- Дура! - кричала Свинка. - Ничего ему там не сделается, его постригут, и все, нужна щетинка, и все! Идем посмотрим сапожки!

Но тут послышался топот, и на поляну выскочили Конь и Лошадь, а на спинах их виднелось все деревенское население: папа Хряпа впереди, за ним три ягненка, а на лошади мама Хрюня, отец Баран и Овца в зеленых сапожках. Остальные ягнята ехали на жеребятах, а что касается уток, они прибыли позднее своим ходом, во главе с селезнем, по воздуху.