Когда-то наш народ охотился на диких лошадей, чтобы добыть шкуру и мясо. Но примерно пятьдесят лет тому назад ученые рассказали нам, что эти лошади очень важны для науки, и объяснили, что это особый вид доисторической лошади/жившей задолго до появления человека. Человеку никогда не удавалось приручить или одомашнить их, поэтому дикие лошади совсем не изменились. Они точно такие же, как на рисунках доисторического человека, найденных на стенах пещер во Франции. Когда мы узнали, насколько важны и, редки наши дикие лошади, мы перестали охотиться на них. Это случилось более сорока лет назад, но, к сожалению, этих лошадей осталось уже очень мало. В течение последних тридцати лет большинство наших и других ученых мира считали, что монгольская дикая лошадь вымерла. Они объездили всю нашу страну и не нашли ни одной. Единственные оставшиеся жили в зоопарках, но они уже не были настоящими дикими лошадьми.

Сам я никогда дикой лошади не видел. С тех пор как я самостоятельно стал пасти табун и ездить на Бэте (Бэт -- это мой конь), я побывал и в долинах, и на холмах, но мне никогда не приходило в голову поискать диких лошадей, ведь я был уверен, что их не осталось. Но мой отец, мои дяди и мой дедушка рассказывали мне о диких табунах, которые бродили когда-то по нашим пастбищам, там, где предгорья переходят в равнины, или в горных ущельях, склоны которых такие крутые, что верхом не поднимешься.

И вот однажды, разыскивая двух наших заблудившихся лошадей, я заехал дальше обычного в пустынные горы, где так много глубоких каменистых ущелий и где никто не бывает. Вдруг я увидел двух странных, покрытых темно-рыжей шерстью лошадей. Их можно было принять за пони -- они были такие же низкорослые. Обе лошади лежали около жеребенка, похоже, только что народившегося. Всех наших лошадей я знаю наперечет, поэтому сразу догадался, что эти две с жеребенком были чужие.

В монгольских степях учишься осторожности и терпению, когда приходится ловить лошадей, отбившихся от колхозных табунов, поэтому я спешился и стал наблюдать. Я заметил, что эти лошади другого цвета, выглядят иначе, а голова у них больше, гораздо больше, чем у наших лошадей.