- Все немусульмане, индусы и иудеи должны носить одежду или покрывала желтого цвета. Над их домами, с целью распознавания, должны быть вывешены желтые флаги.

- Всем торговцам запрещено продавать алкогольные напитки.

- Торговцы не имеют права продавать женское нижнее белье.

- Когда полиция наказывает провинившегося, никто не имеет права задавать вопросы или делать замечания.

- Всякий, нарушивший законы шариата, будет наказан публично".

На этот раз они нас действительно убивают - нас, девушек и женщин. Убивают тайно, в полной тишине. Худшие из запретов, уже применяемые на большей части территории страны, выкидывают нас из общественной жизни. Страдают все женщины - от самых юных до самых старых. Запрет работать означает крушение системы медицинской помощи и государственных организаций. Не будет ни школ для девочек, ни охраны здоровья женщин, ни даже воздуха, чтобы дышать! Женщины, сидите дома! Или надевайте чадру! Подальше от взглядов мужчин! Это полный запрет свободы личности, настоящий расизм по половому признаку.

И вот еще одно - худшее - оскорбление для всех афганцев: сформировано новое министерство. У него смешное, нелепое название: Министерство по искоренению порока и прославлению добродетели, по-арабски - AMR-e-Bel Ma'rouf.

В тот день я закрываюсь в комнате со своими любимыми вещами - книгами, платьями, фотографиями, комиксами, музыкальными записями, фильмами, постерами. Мой лак, помада сестры... Мне остается только убрать все это в коробки и спрятать в шкафу. Я чувствую себя уничтоженной, мною овладевает гнев, я плачу... Мне, как и маме, и сестре, нестерпимо добровольно обыскивать саму себя. Мама прячет запрещенные вещи, семейный архив фотографии новорожденных, свадебные снимки - ее и Шакилы. Она снимает со стены свой изумительный портрет, написанный братом, - символ свободы, ненавистный для талибов. Пока мы прячем свои девичьи сокровища, мама убирает в кухонный шкаф памятные вещи - свидетельства студенческой юности, жизни молодой жены, матери семейства.