- Брюки мерить не будем, - с решительностью заявил Догг. - Мой брючный мастер никогда не ошибается. Фердинанд был на седьмом небе от счастья.

- Совершенно справедливо, - согласился он, - зачем мерить брюки...

- Недурно, недурно, - ворчал себе под нос Догг, скалывая пиджак. Рот у него был набит булавками, поэтому говорил он, цедя сквозь зубы. - Здесь немножко убавим, здесь отпустим, и все будет в порядке. Под мышками не жмет?

- Чуть-чуть.

- Минуточку.

- Аууууууу! - взвыл от боли Фердинанд.

- О, я вас очень прошу, пожалуйста, извините. Ужасно плохие булавки... Вам очень больно?

Фердинанд улыбнулся краешком губ, что должно было означать: конечно, больно, но боль уже проходит. Какое, впрочем значение могла иметь какая-то боль сейчас, когда рядом, в двух шагах, шевелилось в зеркале его отображение? Хотя пиджак был наскоро сметан и прихвачен булавками, выглядел он восхитительно. Фердинанд не узнавал себя.

- Я это или не я? - задавал он себе вопрос. А вслух сказал: - Даже в таком виде, собственно говоря, я мог бы уже выйти на улицу.

- Ни за что на свете, - категорически возразил Догг. - Вы еще увидите, как все получится, когда мы кончим работу. Наберитесь терпения, дорогой мой... дорогой мой...

- Фердинанд, - подсказал Фердинанд.

- Ах вот как! - воскликнул мастер Догг и сделал несколько шагов в сторону. - Прекрасное имя! - добавил он с восхищением. - Наберитесь терпения, дорогой Фердинанд, я постараюсь кончить как можно скорее.

С этими словами он снял с Фердинанда пиджак и исчез в дверях мастерской.

Прошло в самом деле не так уж много времени.

Фердинанд не успел и двух раз пройтись по салону, двух раз выглянуть из окна, двух раз зевнуть от нервного возбуждения, как мастер Догг появился с готовым костюмом.