Во-первых, из форта Черчилла, что на Гудзоновом заливе, выехал некий полковник Беккер с супругой: полковник намерен посетить озеро Бен. Во-вторых, Бек Номи отправился на запад неделю назад и еще не возвращался. Брид заволновался, но не из-за продолжительности отсутствия Номи, а в ожидании прибытия четы Беккер. Согласно письму, полученному им от агента в Черчилле, полковник Беккер и его жена прибыли на последнем грузовом пароходе из Лондона. Полковник, как оказывается, занимает высокий пост в правлении компании и уже пожилой человек. Поездка его на озеро, очевидно, не носила делового характера, он просто хотел воспользоваться отпуском, чтобы познакомиться с жизнью в северной глуши.

Седобородое лицо Брида имело весьма жалкий вид.

— И почему только они не отправили его на Мокрую факторию или в Нельсон-Хауз? — спрашивал он Стила в сотый раз. — В Нельсоне есть все что угодно. И пуховые перины, и три женщины, и цивилизованный агент. А тут нет ничего, даже женщины.

Стил пожал плечами, когда Брид упомянул о трех женщинах в Нельсон-Хаузе.

— Там их теперь только две, — сказал он. — После того как Бек Номи посетил Нельсон, одна из тамошних обитательниц отправилась с ним.

— Ну так две, — буркнул Брид, не заметивший огонька, который вспыхнул в глазах его собеседника, — а тут нет ни одной, Стил, даже самой захудалой индианки тут нет, и стряпней занимается грязный индеец Джек! Клянусь Богом, я вчера видел, как он месил тесто для бисквита в умывальной чашке, а я ем его бисквиты с тех пор, как началась охота. Тут есть вы, Номи, два индейца, один метис и я — и больше на озере Бен не будет ни одной живой души до начала зимней пушной кампании. Так скажите же мне, во имя неба, что тут будет делать несчастная старушка Беккер?

— Кровать для нее есть?

— Койка, твердая, как камень.

— Пища?

— Дрянь, — проворчал агент. — Этой весной охотники забрали массу продовольствия, и у нас ничего не осталось. Бобы, белая мука, засахаренные сливы и карибу, при виде которых меня выворачивает наизнанку. Я готов отдать месячное жалованье за фунт солонины! Если это письмо написано не светской дамой, то можете разрезать меня на куски. Держу пари, что его написала миссис Беккер для своего супруга.