- Прости, - сказала она.

- Может, перестанешь без конца извиняться? Вероятно, тебе не приходит в голову, что ты делаешь совершенно дурацкие обобщения. Если бы все преподаватели английской литературы так все изничтожали, было бы совсем другое...

Но Фрэнни перебила его еле слышным голосом. Она смотрела поверх его серого фланелевого плеча незрячим далеким взглядом.

- Что? - переспросил Лейн.

- Я сказала - знаю. Ты прав. Я просто не в себе. Не обращай на меня внимания.

Но Лейн никак не мог допустить, чтобы спор окончился не в его пользу.

- Фу ты, черт, - сказал он, - в любой профессии есть мазилы. Это же элементарно. И давай забудем про этих идиотов-ассистентов хоть на минуту. Он посмотрел на Фрэнни. - Ты меня слушаешь или нет?

- Слушаю.

- У вас там, на курсе, два лучших в стране преподавателя, черт возьми. Мэнлиус. Эспозито. Бог мой, да если бы их сюда, к нам. По крайней мере, они-то хоть поэты, и поэты без дураков.

- Вовсе нет, - сказала Фрэнни. - Это-то самое ужасное. Я хочу сказать вовсе они не поэты. Просто люди, которые пишут стишки, а их печатают, но никакие они не п_о_э_т_ы. - Она растерянно замолчала и погасила сигарету. Стало заметно, что она все больше и больше бледнеет. Вдруг даже помада на губах стала светлее, словно она промакнула ее бумажной салфеткой. - Давай об этом не будем, - сказала она почти беззвучно, растирая сигарету в пепельнице. - Я совсем не в себе. Испорчу тебе весь праздник. А вдруг под моим стулом люк и я исчезну?

Официант подошел быстрым шагом и поставил второй коктейль перед каждым. Лейн сплел пальцы, очень длинные, тонкие - и это было очень заметно, вокруг ножки бокала.

- Ничего ты не испортишь, - сказал он спокойно. - Мне просто интересно узнать, что ты понимаешь под всей этой чертовщиной. Разве нужно непременно быть какой-то б_о_г_е_м_о_й или помереть к чертям собачьим, чтобы считаться н_а_с_т_о_я_щ_и_м п_о_э_т_о_м? Тебе кто нужен - какой-нибудь шизик с длинными кудрями?