Сузи, у которой за всех сердце болело, понимала это прекрасно, и сердце ее обливалось кровью за каждого из них по очереди, зато ее сестра Бэбс, та прямо им сказала, что они чертовы лоботрясы, и тут же пошла паверх сообщить это матери. "Что я тебе всю жизнь говорила? - кричала она, скрестив руки на груди как рыночная торговка. - Я всю жизнь тебе говорила, что ты их погубишь, ты же и слушать не хотела! Никто из них куска хлеба не съел, пока ты его маслом не намазывала, а нам ничего не доставалось, и вот тебе за это благодарность!"

Прямодушная девушка была Бэбс и, надо отдать ей должное, умела усложнить дело до крайности. Мать слушала ее с недоумением.

- Господь, облегчи их ноши, - сказала она сухо. - Чтоб я им была чем-то обязана!..

- Да? Так что же ты собираешься делать? - спросила Бэбс. - Здесь тебе нельзя оставаться.

- Пойду к "Сестрицам", там хороший уход, - сказала мать. - Я два года назад об этом договорилась. Неужели ты думала, что, прожив жизнь, я пойду в дом, где другая женщина будет мной командовать? Не такая уж я дура!

Когда об этом узнали Р семье, все поняли, что, сколь ни прискорбна новость, ничего другого они и не ожидали.

Не смогла бы такая властная женщина, как их мать, стать нахлебницей у невестки. Она и умереть должна, как жила, - резкой, властной и независимой.

Единственный, кто с этим не согласился, был Джек.

- Интересно, они понимают, что это ее убьет? - спросил он у Сузи.

- Ну, Джек, ты что, в самом деле так думаешь?

- Я не думаю, - сказал Джек. - Я знаю.

- Но ведь она не сможет жить с их женами!

- А ты считаешь, пойдя в приют, она с другими женщинами дела иметь не будет? - спросил он насмешливо.

- Будет, конечно, - ответила Сузи, которая слишком любила ссориться, чтобы так просто сдаться. - А что еще с ней можно сделать? Ты же знаешь, какая она бывает, когда что-нибудь вобьет себе в голову.

- Вот я не уверен, что она это уже вбила себе в голову, - пробормотал он, и они заговорили о другом. Но Сузи видела, что думать он об этом не перестал.