- Давайте запишем свои заключения, - предложил врач из Бельвю, - тогда не будет подозрений, что кто-то из нас подчиняется мнению другого.

Доктор Мадрен достал золотистый карандаш и нацарапал что-то в своем блокноте. То же сделал и врач из Бельвю. Третий психиатр улыбнулся и прочитал результаты вслух. Текст был почти один и тот же.

"По моему мнению, этот человек не является душевнобольным, - написал доктор Мадрен. - Хотя для него было бы лучше быть им. Он страдает полной потерей всех чувств. В его нынешнем состоянии он не убил бы со зла, потому что не способен злиться. Он не способен ни на радость, ни на печаль, на него не могут повлиять события внешнего мира. Пока он находится в этом состоянии, он не может ни плакать, ни смеяться..."

Врач из Бельвю выразил такое же мнение, но немного другими словами. В итоге все сошлись в одном. Улыбающийся Тони был признан нормальным человеком.

Он не мог чувствовать ни горя, ни жалости. Вскоре он, может быть, и не вспомнит о смерти друга.

- Так что он нормальный человек без эмоций, - объявил доктор Мадрен. И как таковой, он уникален в анналах психотерапии. Он мог убить и убил своего лучшего друга, не испытывая при этом никаких чувств.

Но бронзовый человек теперь знал, что Улыбающийся Тони - случай не уникальный. Саймон Стивене, мультимиллионер пароходной компании, уважаемый и пользующийся доверием гражданин, человек, всегда полный радости, любви к жизни, был всего долей секунды отделен от того, чтобы стать таким же убийцей.

Аналитический ум Дока начинал развивать другие удивительные теории. Бронзовый человек знал, что будет означать для Улыбающегося Тони Тальяно заявление знаменитого доктора Мадрена. Бесчувственного чистильщика обуви объявят нормальным и, как нормального, будут судить и обвинят в убийстве Сэма Галливанти.