Не успела за ним закрыться калитка, как дружок снова потянул Костю играть. Но тот не отвечал, настороженно прислушиваясь к далёкому звону поддужных колокольчиков. Стёпка тоже с любопытством повернулся туда, откуда приближался перезвон.

— Кто это, Костя? Бежим смотреть? С бубенчиками едут!.. О, теперь вон где протилилинькало, аж коло церкви…

— Побежали, Стёпка!

…В этот день в Поречное приехали из города Каменска инспектор и учительница. Быстро разнеслась весть: в селе будут открывать школу.

Весть эта ошеломила и ребят и взрослых. До сих пор здесь можно было обучиться грамоте только у отставного солдата, старичка Прокофия. Этот грамотей за меру пшеницы брался в одну зиму научить читать и писать. Ходил к нему и Костя. День, когда он в двух палочках, нарисованных шалашиком с перекладинкой посредине, научился узнавать букву «аз», сделался великим днём в его жизни. А теперь в Поречном будет настоящая школа!

На сходке с мужиками разговаривал инспектор. Он был маленького роста, сух и плоск. Держался очень прямо. Наверное, хотел казаться повыше. Но стоявшие сзади мужики, как ни тянули головы, увидеть его всё равно не могли. Зато голос, неожиданно сильный, властно указующий, слышен был всем.

Мужики услышали от инспектора, что правительство его величества императора и самодержца всероссийского, царя польского, великого князя финляндского и прочая и прочая в своём неусыпном попечении о благе народном решило открыть в селе Поречном школу, дабы не оставался народ во тьме и невежестве.

Уже целый год длилась война. Всё большее значение на войне приобретали артиллерия, различные новые виды оружия. А солдаты не знали даже цифр, какая уж тут артиллерия! Правительство в срочном порядке стало создавать школы в сёлах и деревнях. Не нынче, так в будущем пригодится.

В Поречном, несколько на отшибе от центра, стоял двухэтажный дом богатея Балабанова.