Я метнулся к буфету, вытащил бутылку и долил в ледяную воду ароматного арака.

- Теперь попробуйте!

Инспектор выпил, поблагодарил, но я видел, что ему явно не по себе.

- Итак, здесь обозначено 620 злотых плюс 10 процентов дополнительного обложения, плюс...

Дождь хлестал так, что прямо сердце радовалось!

- Вы просто не представляете, - сказал я - до какой степени я обожаю дождь. Я даже Ноя ревную к потопу! Вы только вообразите, пане инспектор, сорок дней дождя! Жара, скажу я вам, действует на меня разлагающе. Я пропадаю в жару. Зато дождь - эти серебряные струи с неба - пробуждает во мне какую-то бодрость, мальчишество, радость и попросту энтузиазм! Поверите ли, в прошлом году...

Инспектор поглядел исподлобья, кашлянул, прервал мои счастливые признания и сказал:

- ...плюс пени за неуплату до 10 июля сего года. Итого...

- Да! - быстро перебил я его, - да! В прошлом году только за одну дождливую неделю я написал что-то около двадцати лирических стихотворений, за все же остальные, жаркие дни лета, два или три. Вам не попадались? "Хляби небесные" сборник называется. Мне даже ставят в вину влияние Поля Валери. Смешно! Кстати, что вы думаете о нем?

И я налил ему еще холодной воды с ароматным араком. Инспектор снова кашлянул и процедил сквозь зубы:

- Это, проше пана, не имеет отношения к делу. И вообще, должен вам заметить, поведение ваше неуместно. Шуточки, обихаживание... Я воспринимаю все это как издевку.

Я раскрыл глаза от удивления и скачал:

- Однако же, пане инспектор! Какая издевка? Какие шуточки? Я попросту в прекрасном настроении. И будучи вообще человеком вежливым, я веду с вами приятную беседу. Вот и все. Почему же шуточки?

- Потому что вы меня хотите заговорить. Но нас не проведешь, пане!

Небо неистовствовало. Все души, брандспойты, фонтаны, краны, поливалки и прочие водометы перебрались на небеса и струили такую проливную обильность, что по улицам неслись бурные реки. Я просто с ума сходил от счастья.