Что же! Погибнем в бою, но горящему граду поможем! Для побежденных спасенье одно - о спасенье не думать!" 355 Яростью я их зажег. И вот, точно хищные волки В черном тумане, когда ненасытной голод утробы Стаю вслепую ведет, а щенки с пересохшею глоткой Ждут по логовам их,- мы средь вражеских копий навстречу Гибели верной бредем по срединным улицам Трои, 360 Сумрачной тенью своей нас черная ночь осеняет. Кто о кровавой резне той ночи страшной расскажет? Хватит ли смертному слез, чтобы наши страданья оплакать? Древний рушится град, царивший долгие годы. Всюду - вдоль улиц, в домах, у дверей заповедных святилищ 365 Груды тел неподвижных лежат, во прахе простертых. Пеню кровавую тут не одни лишь платят троянцы: Даже в сердца побежденных порой возвращается храбрость, И победитель тогда данаец падает наземь. Всюду ужас, и скорбь, и смерть многоликая всюду.

370 Первый данаец, что нам повстречался, толпой окруженный, Был Андрогей. За соратников нас в неведенье принял Он и с речью такой приветливо к нам обратился: "Эй, торопитесь, друзья! Как можно медлить так долго В праздности? Грабят без вас и разносят Пергам подожженный! 375 Вы же только теперь с кораблей высоких идете!" Молвил - и понял он вдруг, не услышав ясных ответов Ни от кого, что в гуще врагов оказался нежданно. Тотчас же с криком назад Андрогей изумленный отпрянул, Так же, случайно ступив, в колючем терновнике путник 380 Вдруг потревожит змею - и с трепетом прочь он стремится, Видя, что гад поднялся и свирепо раздул свою шею. Так отступил Андрогей, когда нас узнал, устрашенный. Сомкнутым строем на них мы со всех сторон нападаем, 985 Видим: сопутствует нам Фортуна в первом сраженье. Духом воспрянул Кореб, мимолетным ободрен успехом, Молвит: "Друзья, если нам указала Фортуна к спасенью Путь, где она благосклонна была,- последовать должно Этим путем.