А эта дама, сидящая передо мной...

- Куатро Каминос![12] - выкрикивает кондуктор. Этот крик всегда вызывал у меня тяжелое чувство, ибо он - символ замешательства.

Однако приехали. За десять сантимов далеко не уедешь.

КОММЕНТАРИЙ ЭСТЕТИКА В ТРАМВАЕ

(Estetica en el tranvia). - O. С., 2, р. 33-39.

Написано в 1916 г. Опубликовано в сборнике "Наблюдатель-1". Необычное по форме и сюжету, это эссе в свое время вызвало большой интерес, проявившийся в подражательных опусах других авторов. Ортега умело соединил здесь: платоновскую концепцию любви к объекту интереса; концепцию интенционального акта, который он трактует в духе готовности к исполнению (как стремление сделать любимое совершенным), а также концепцию возможности дедукции красоты на основе феноменологического акта визуального восприятия. По Платону, любовь направляется от страстного желания завоевать и удерживать то, чем овладеваешь, к выявлению красоты этого завоеванного, что, таким образом, превращает любовь в устремленность к благу. Этот процесс рассмотрен в "Федре" (265 и дальше) и особенно интересно - в диалоге "Пир": "Кто, наставленный на путь любви, будет в правильном порядке созерцать прекрасное, - наставляла Сократа некая Диотима, - тот, достигнув конца этого пути, вдруг увидит нечто удивительное, прекрасное по своей природе", нечто вечное и всегда в самом себе единообразное, к которому "другие разновидности прекрасного не имеют... отношения" (Платон. Пир, 210е-211д. - Соч., т. 1).

Концепцию интенционального акта сознания Ортега стремился интерпретировать в духе "спасающего" размышления, то есть готовности "я" превратить объект любви в нерасторжимую часть меня самого. Инструмент реализации своего намерения Ортега видел в новом направлении западноевропейской мысли - в феноменологии.