- Почему же именно в Англию? - удивлялся он.

- А почему бы и нет?

- Неужели нельзя найти что-нибудь поближе?

- Тогда я, наверно, буду недостаточно далеко.

- Почему бы тебе самой не взять это в свои руки?

- Может, еще и возьму! - сказала Рита с коротким смешком. - Хочу только вызнать, что у них на уме, и я, наверно, их изрядно удивлю!

И удивила. В пятницу она должна была уезжать в Англию, а в среду девушки устроили прощальную вечеринку. Среда считалась чем-то вроде выходного посреди недели, и в ту среду весь день лил дождь. Собрались все друзья сестер Ломасни. В основном мужчины: Билл О'Доннел из банка, помолвленный с Китти; стряпчий Фэгги - друг Нелли и счастливый соперник Юстина; сам Юстин, которого можно было удержать от посещений этого дома только постановлением суда; пришел также Нед Лоури и еще кое-кто. Торопыга с женой вскоре уединились в столовой, где он погрузился в вечернюю газету. Торопыга утверждал, что все друзья его дочерей на одно лицо и он никогда не знает, с кем именно говорит.

Билл О'Доннел исполнял на вечеринке обязанности бармена. Это был высоченный малый, выше даже Юстина, с лицом побывавшего в боях боксера и с негритянской улыбкой, которая, казалось, возникала от бьющей в нем ключом радости жизни, а не оттого, что в этой самой жизни происходило. Он громко разговаривал с теми, кому наливал напитки, так что его голос заглушал все беседы в комнате и перекрывал даже звуки рояля, на котором Нелли барабанила песенки из репертуара мю-"

зик-холла.

- А это для кого, Рита? - спрашивал он. - Так!