— Ну, это когда звездочки днем не светят, спят, прижав к себе свои лучики, а солнышко гоняет их по небу из лунки в лунку своим лучиком.

Крот даже рот от изумления открыл на такое диво… и тут же начал терять высоту.

Воздушным шарикам выпускать воздух нельзя!

Крот вовремя спохватился и опустился лишь немножко. В звездный бильярд он уже не сыграет, но зато плывет теперь по синему небу на тучке, словно парусник по Тихому океану…

Вдруг откуда ни возьмись высунулся длиннющий клюв и летит прямо на Крота.

Аистиная авиа-почта.

Еле-еле успели отвернуть, но Крот от испуга разинул рот и полетел вниз, вниз…

… пока не оказался среди небесных барашков.

Их тут было целое стадо. Крот поиграл с ними немножко в бодалки, потом в прятки, но тучкам игра вдруг ни с того ни с сего наскучила, и они помчались прочь по небу друг с дружкой наперегонки.

Все дальше и дальше…

Крот этого никак не ожидал и успел лишь издали помахать беленькому стаду лапкой.

«Ну вот. Остался один на всем небосклоне,» — подумал Крот.

Вдруг видит — рядом тихонечко ползет отставшая тучка. Маленькая, худенькая, заплаканная.

Как бы совсем от стада не отбилась. Надо ее немножко поддуть!

И хотя поддуть у Крота почти нечем — он все повыпускал то от удивления, то от страха, — но разве можно спокойно смотреть, когда рядом с тобой кто-то страдает?