– Итак. Для начала мы поставили жирный андреевский крест на лобовых решениях. Отбить арестованных во время транспортировки в суд или в самом суде – вариант канонический, но, к сожалению, не наш: по имеющимся данным, их судят прямо в тамошней внутрянке; там же и вешают – "не отходя от кассы". Организовывать побег из гэбэшной тюрьмы – крайне малореально, и в любом случае поздно. Штурмовать тамошнюю Лубянку… ну, тут всё ясно. Дальше возникли две, так сказать, стратегии "непрямых действий".

Во-первых, можно решить проблему радикально, и В НАТУРЕ замочить этого ихнего пожизненного фюрера, Тюркбаши; как говаривал незабвенный дон Корлеоне: "Если история чему и учит, так только тому, что убить можно кого угодно". И в этом, варианте, согласитесь, есть своя прелесть – тот вроде как сам накликал… нашел-таки ту золотую отверточку на свою задницу… Из трех предложенных сходу вариантов покушения по меньшей мере один кажется мне реальным… Ну, – уступает он в ответ на раздраженный жест Подполковника, – скажем мягче: "не кажется безнадежным". Через пять дней, пятнадцатого, Пожизненному Президенту не миновать сидеть на стадионе: Тюркестанской сборной впервые светит выход в финал чемпионата мира. И я берусь самолично ДОСТАТЬ его в правительственной ложе из этой новейшей Штейер-Маннлихеровской гладкостволки, как бишь ее – ISW-2000… ну, та, что кидает двадцатиграммовую вольфрамовую стрелу на два километра с гаком, – тут Робингуд азартно припечатывает ладонью один из раскиданных по столу космических снимков Тюркбашиабада, расчерченных фломастерными линиями. – Я достану его хоть с вот этой самой телебашни – до нее всего-то кило-двести, хоть просто с вертолета…

– С телебашни, которая, надо полагать, охраняется так, как и положено при тоталитарном режиме; или с вертолета, которого у нас нет, – меланхолично уточняет Подполковник, не отрывая глаз от экрана ноутбука, а пальцев – от клавиатуры.

– Товарищ Подполковник, – усмехается Робингуд, – как всегда, тактично оставляет за кадром главную проблему, акцентируя внимание на технических деталях… Да, замочить-то Тюркбаши, мы может, и замочим, но только не факт, что от того будет прок. А ну, как наследник престола устроит, на радостях, вместо всеобщей амнистии – гекатомбу: не выпустит всех, кто сидит – а, напротив того, похоронит их, так сказать, в одном кургане с вождем? Бывали пре-це-денты…