– Тессу что, старина? Повтори?

– Убили. Как – неизвестно или полиция не говорит. Водителю ее джипа отрезали голову. Вот и вся история.

– Убили и ограбили?

– Просто убили.

– Около озера Туркана?

– Да.

– А что она там делала?

– Понятия не имею. Вроде бы хотела съездить на раскопки Лики.

– Джастин в курсе?

– Еще нет.

– Замешан в этом кто-то еще, из тех, кого мы знаем?

– Среди прочего я хочу выяснить и это.

Донохью первым прошел в рабочее помещение коммуникационного центра, в которое Вудроу попал впервые. Цветные телефонные аппараты с щелью для ввода ромбовидной пластины-ключа. Факс, установленный на подставке, очень уж напоминающей нефтяную бочку. Радиопередатчик – несколько металлических коробов. На них – раскрытый справочник. «Вот, значит, как и откуда наши шпионы шепчутся друг с другом, – подумал Вудроу. – Под землей или над землей? Этого не узнать». Донохью сел за радиопередатчик, полистал справочник, затем трясущимися белыми пальцами взялся за контрольные диски, монотонно бубня в микрофон: «Зэ-эн-би 85, Зэ-эн-би 85 вызывает Тэ-эн-ка 60, – совсем как в фильме про войну. – Тэ-эн-ка 60, вы меня слышите? Прием. «Оазис», вы меня слышите? «Оазис»? Прием».

В комнату ворвался шум статических помех, потом мужской голос с сильным немецким акцентом: «Оазис» на связи. Слышу вас отлично, мистер. Кто вы? Прием».

– «Оазис», это посольство Великобритании в Найроби, соединяю вас с Сэнди Вудроу. Прием.

Вудроу уперся обеими руками в стол Донохью, наклонился вперед, к микрофону.

– Говорит Вудроу, начальник «канцелярии». Я разговариваю с Вольфгангом? Прием.

– Такой же канцелярии, как была у Гитлера?

– Мы занимаемся только политическими вопросами. Прием.