Куратором съемок выступил Закавказский крайком РКСМ, который добился для фильма государственной ссуды. Чтобы съемочная группа ни в чем не испытывала затруднений, крайком выдал Перестиани мандат за номером 766, в котором говорилось:

"Дан сей т. Перестиани Ивану Николаевичу в том, что он согласно Постановлению Президиума Заккрайкома РКСМ и по соглашению Наркомпроса ССРГ действительно является режиссером и ответственным руководителем по постановке киноповести "Красные дьяволята", издаваемой Заккрайкомом РКСМ.

Просьба всем военным, советским учреждениям и профорганизациям оказывать т. Перестиани всемерное содействие при исполнении возложенных на него обязанностей".

Первое, что сделал Перестиани, прежде чем приступил к съемкам встретился с командующим Закавказским военным округом командармом Александром Егоровым. Тот проникся идеей постановки героико-приключенческого фильма и пообещал помочь съемочной группе, чем может: обмундированием, лошадьми, оружием, мундирами немецких и австрийских офицеров и даже кавалеристами.

Первая съемка состоялась 27 февраля 1923 года. В тот день было снято аж 92 полезных метра пленки. В конце марта съемочная группа перебазировалась в Батуми. Правда, там в течение недели пришлось ждать хорошей погоды и съемки удалось начать только в апреле. Потом в съемках вновь наступила недельная пауза. На этот раз из-за несчастного случая, произошедшего с исполнительницей роли Дуняши Софией Жозеффи. Снимался эпизод, когда ее героиня спускалась на руках по проволоке, натянутой через глубокий овраг. Спуск оказался неудачным, и юная актриса сильно ободрала себе кожу на ладонях, из-за чего врачи на неделю запретили ей сниматься. Вообще в те годы каскадеров в кино не существовало и все трюки актеры исполняли сами. «Дьяволятам» было, конечно, легче — все они были циркачами, людьми тренированными. Но, как видим, даже их профессионализм не спасал порой от травматизма.