29 августа

Сейчас обнаружил, что дважды (независимо) делаю одно и то же построение-предположение: что Ленин, инерционно увлечённый своими важными делами, один раз пропускает, не замечает мировую войну, другой раз Февральскую революцию (не сразу приемлет). Думаю, что это - вполне верно (сужу, как он в Поронине влип).

30 августа

В ленинских главах впервые встречаюсь с языковой задачей, противоположной моей обычной: надо тщательно убирать даже из авторской речи (чтоб не создать неверного фона, языковой фон всегда должен соответствовать духу персонажа) всё сколько-нибудь своеобычное, русское, яркое, объёмное: надо выплощивать, высушивать речь - и только так приблизишься к реальной ленинской...

13 сентября

Не расхлебать бесконечных нагромождений и уплотнений, которые создались из-за того, что я пропустил узел "Август Пятнадцатого". Вот и Циммервальдская конференция как раз туда ложилась. Даже теперь, когда "Октябрь 16-го" почти готов, - всё снова и снова подмывает меня соблазн: а не пересмотреть? а не построить хоть теперь этот Узел? Страшно - потеря времени, вновь и вновь читать источники, перестраивать многие главы в "Октябре 16-го", а то бы сделал...

Нет, что упущено, то упущено, к этому вернуться уже не по силам. А ретроспекцию с Лениным надо нагнать ещё одной (третьей!) главой во втором Узле: Германия - Парвус - тайные связи.

При трёх главах можно дать Ленина в трёх тональностях: с кегель-клубом - юмористической, в Упадке - лирической, в подпольных связях зловещей.

Глава "Кегель-клуб" ляжет как прыщ на рабоче-крестьянских главах. Никакой связи с Россией - ни чувством, ни мыслью, ни почтой. Даже русскому мотиву, русской теме в этой главе неоткуда возникнуть.

14 сентября

По сути, я впервые за роман нахожусь в Цюрихе в таком положении, что живу и пишу в том месте, где происходит действие (и даже - в нужные месяцы можно проверить погоду - октябрь и март).