Как войдешь: витрина с майонезом и сырами, далее - колбасы, потом - молоко-сметана, дальше - корейские салаты, в торце - газировка и мороженое. Вдоль всей стены бутылки, отчего-то самые дорогие возле входа, аж в форме женских торсов. Пройдешься туда-сюда, купишь кусок колбасы, выйдешь. До дому минут пять: по Крещатику, направо, по Михайловской, где и дом, фактически нависающей над заведением "О'Брайенс" (паб, что ж еще). Ну и кукуешь там, в доме, переключая украинские каналы, оснащаясь местным наречием. Надоест - идешь на кухню, ешь немного твердой колбасы.

Эти город и страну надо называть только буквами потому, что они именно К. и У. В общем, они похожи на этот магазин. Да, все потому, что по дороге у меня отняли мозг: не мозг, а какую-то волшебную вставку в него, которая что-то коммутировала (как у телевизора для антенны, коммутационная вилка, штекер, разъем). Изъяли на границе, стырили в Конотопе. Мозг все воспринимал, но здешнюю человеческую частоту - нет, для нее разъема не было. Например, самым чувственным объектом в городе К. для меня оказались манекены в бутиках - не потому, что живые тут кошмарны или манекены фигурами похожи на _, хотя отчасти верно и то, и другое. Надо думать, фактические ангелы на Земле также вожделеют к манекенам. Так что или искать разъем, восстанавливая свои физиологические права человека, или не искать. И уже в рамках этой жизни выяснять, что от нее остается, если не ловить частоту местной плоти и ее души. Хотя бы потому, что _ ощущалась и без этого разъема, выбрал второе.

Первые осознанные наблюдения касались сопоставления языков: здешний, хотя и близок родному, имел с ним мало общего. Вот именно - он производил другую частоту жизни. Или наоборот - другая частота, так и другой язык. Реально, усекновение названия этой державы до У. обоснованно, она так и прозывалась: "страна", по-здешнему это "країна", так что она официально и называется "У. Страна", но "Страна У." лучше.

И вот этот магазин находился фактически в центре У.