Доехав до "Октябрьской", я перешел на другую линию. Поезда долго не было, поэтому я стал разглядывать людей на перроне, которые нервно передвигались по вполне предсказуемым траекториям и постоянно смотрели на часы. Мой взгляд остановился на влюбленной паре.

Парень обнимал девушку за талию. Потом прижал к себе и начал целовать. Он засовывал ей свой язык в рот так глубоко, что в какой-то момент мне казалось, что ее неминуемо вырвет. Прямо на перрон. Его рука спустилась ниже, и он начал мять ягодицы девушки. Она смотрела по сторонам, краснела, но ничего не говорила своему другу, который уже переходил к поцелуям ее шеи. Даже с расстояния двух метров я видел "свежие" засосы на бархатной, загоревшей коже.

- Послушай, все же смотрят, - тихонько прошептала девушка.

- Чего? - отозвался парень, не отрываясь от своего занятия.

- Смотрят все...

- Ты моя девушка и я могу делать с тобой все, что захочу. Поняла? - он резко отстранился от нее. - Или ты хочешь, чтобы я тебя бросил?

Девушка смотрела на своего урода и чуть не плакала.

А он?

А он вернулся к своему занятию: продолжил ставить засосы на ее шее.

Это то, что сейчас называется любовью.

Наконец, пришел поезд. Я зашел в первый вагон. Облокотился на стенку, отделявшую кабину машиниста от салона, так, что я оказался лицом к пассажирам. Я был в своих темных очках, поэтому и чувствовал себя в безопасности. Я вообще редко их снимаю, когда передвигаюсь по городу в одиночестве. Даже ночью. Может быть, я вообще бы их никогда не снимал, только я все время их забываю, поэтому хожу в них не так часто.

В вагоне кто-то читал, кто-то с кем-то спорил, а кто-то даже спал. Я и сам часто сплю в общественном транспорте.

Поезд летел по туннелю, а вокруг проносились грязные трубы. Линии жизни?

Когда не думаешь о времени, оно быстро проходит. Я доехал до нужной станции. Выйдя на свежий воздух, я достал недавно купленную пачку сигарет и закурил. Посмотрев по сторонам, я пошел в институт. Идти надо минут десять, а через дворы - семь. Я взглянул на часы. Спешить было некуда. Можно и пройтись. Тем более ходить через местные дворы давно уже было небезопасно.