- Да не бойтесь вы. Это всего лишь шоколадные пряники. И это не опасно. Не такие уж мы и страшные русские люди.

Негритянка посмотрела на меня. Перевела взгляд на пакет, который я все еще держал на вытянутой руке. Потом кивнула дочке. Та с удовольствием взяла пряник.

- Спасибо, - поблагодарила меня негритянская девочка по-французски. Я улыбнулся ей и кивнул в ответ. Ее мама меня тоже поблагодарила и поспешила оставить меня в одиночестве.

Поведение, русского человека за границей поражает всех. И не только иностранцев. Как вспомню двух "интеллигентов" из Могилева, борьба которых за свои паспорта перешла в разряд Мировой войны, так даже не знаю - мне плакать или смеяться. Их, не вмещающиеся никуда и ни во что головы (вряд ли от переизбытка мозгов) в кепках, по-идиотски сдвинутых на темя и повернутых козырьками назад, будут сниться европейцам в самых страшных кошмарах. По крайней мере, в первое время.

Возвращаясь из Диснейленда, мы проехали по ночному Парижу. Как только я увидел Эйфелеву башню - я уснул.

- Вставай. Приехали уже, - разбудил меня Димин голос. Автобус был почти пуст.

В начале второго ночи мы приехали в гостиницу. Номер был хороший: три кровати, несмотря на то, что жили мы по двое, чистый душ. А что еще надо?

За трое суток я потратил всего 1,50 E. И все еще не умер от голодной смерти.

7.

После завтрака я вернулся в комнату и принял душ. После этого налил стакан апельсинового сока, раскрыл ставни (в Париже очень мало окон без деревянных ставней) и так и стоял перед окном в набедренной повязке в виде полотенца. Жил я на втором этаже. Две молоденькие француженки, проходя мимо, помахали мне рукой. Я улыбнулся и ответил им тем же. Допив сок, я оделся и спустился вниз.

С утра мы побывали в музее парфюмерии. Потом было тридцать минут свободного времени. И я нашел место, где можно было поменять деньги.

Дальнейшее изучение Парижа началось с автобусно-пешеходной экскурсии. Гидом была красивая женщина сорока пяти лет, эмигрировавшая в 1993 году во Франции из России. Потом я еще встретился с эмигрантами...