МАША. Зима.

ГЮНТЕР. А у ммменя - лллето.

СУЩЕСТВА. Значит свадьба будет весной.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Гостиная в мюнхенском особняке Гюнтера. Стены увешаны картинами еврейских художников и предметами еврейского быта. Гюнтер и Маша ужинают за старинным, богато сервированным столом. Повар-китаец ввозит столик-коляску с едой, обслуживает их.

ГЮНТЕР. Милая, ттты так и не отттветила на мой вввопрос.

МАША. На какой?

ГЮНТЕР. Кухню кккакой страны ты предпочччитаешь?

МАША (усмехается). Трудно сказать!

ГЮНТЕР. Пппочему?

МАША. Не знаю... За эти две недели я столько всего перепробовала. По-моему мы обошли с тобой все парижские рестораны.

ГЮНТЕР. Тттеперь предстоит обббойти все мммюнхенские.

МАША. О Боже мой! Я превращусь в корову и ты меня разлюбишь!

ГЮНТЕР (внезапно цепенея). Я... я ннне разлюблю тебя даже кккогда ты пппревратишься в... стул, или в... мокрые ботинки. Ттты мне нужна, как вввоздух. Без тебя я ннне жил, а... знаешь...

МАША (бросается к нему, чуть не сбивая повара с ног, садится Гюнтеру на колени, целует его). Обожаю когда ты волнуешься! Ты становишься таким странным, таким... сумасшедшим! Волнуйся, волнуйся еще! (Целует его.) Спрашивай, спрашивай меня, милый! Спроси, сколько у меня было мужиков!

ГЮНТЕР. Мне эттто не интересно.

МАША. Ну, спроси про что-нибудь... про кухню!

ГЮНТЕР. Кухню кккакой страны ты предпочитаешь?

МАША. Да я не кухню предпочитаю, а блюда. Например, никто не приготовит фаршированную щуку лучше моей бабушки. А цыплят табака лучше Гоги Кавтарадзе. А украинский борщ лучше моей тети. А в ресторане... конечно, это все вкусно, омары в коньяке, лозанья, и это, ну... то что мы ели вчера? Кадык теленка?

ГЮНТЕР. Ри дэ во. Тебе не понравилось?

МАША. Да нет же, очень понравилось, но как тебе сказать... как будто это сделано не руками человека.