Шурка вот вырастет, тоже пойдет на шахту работать, крылатый камень вывозить. Лет через десять боксита много понадобится, очень много. Самолеты будут огромные. И ракеты станут больше — в десять, в двадцать раз. Нет, без Шурки тогда явно не обойтись. Если не возьмут его подземным машинистом — лучше бы хоть завтра, прямо сейчас! — трудновато будет до Марса долететь…

Солнышко припекало. Пригрелся Шурка, разнежился. И подумал: а не поспать ли здесь, на мягкой травке, часок-другой? Ведь устал порядочно. Если честно признаться, очень устал. Но потом стиснул зубы — крепко, задышал — решительно. И представил себе, что не малину несет он домой к тому часу, когда папа из шахты поднимется, а бежит издалека вон к тому перелеску и тащит тяжелые жестяные коробки, а в них патроны — желтые, блестящие, с меткими пулями, и без этих патронов не продержаться нашим до рассвета, потому что опять полезли на них в бешеной атаке фашисты… Ну ничего, подождите, проклятые, вот сейчас, уже близко, уже рядом, торопится Шурка с драгоценным грузом, и пусть его ранят грохочущей очередью из автомата, и он последние метры будет ползти, обливаясь горячей кровью, все равно он успеет, и наши рванутся в яростный бой и перебьют всех врагов до единого, а над Шуркой склонится в слезах Наташа из их класса и станет упрашивать, чтоб разрешил ей перевязать его геройские раны, но Шурка только вздохнет печально и гордо и посоветует не терять с ним времени понапрасну, потому что давно ждет ее у киношки рыжий Витька — Шуркин первейший друг и сосед по парте…

Ладно-ладно, вздыхает Шурка, ходите в свое кино, на взрослые фильмы, куда пятиклассника Черёмухина не пропускают, а у Витьки родная тетя — билетер… Ладно-ладно, зато Шурка не теряет времени на пустяки, а внимательно каждый вечер читает-запоминает умную книгу с мудреным названием «Руководство к эксплуатации», на обложке которой нарисован шахтный электровоз.