– Да вон, смотри, – Артур указал на двух девушек, которые скромно топтались поодаль. – С виду нормальные.
– Ты чё! Это какие-то забитые овечки. Деревянные! Из них слова не вытянешь.
– А это уж как тянуть, – тихо рассмеялся Артур.
– Ну-ну, иди, тяни. С такими репками даже дедка, бабка, внучка и Жучка будут бессильны. А я лучше с нормальными замучэ...
– Вот я и говорю: пошли к девкам. С ними все легко и просто, сами на шею вешаются. А с тихонями и скромницами общаться опасно.
Глеб удивленно приподнял брови.
– Почему опасно? Типа, с кем поведешься? Дураком, что ли, можно стать?
Артур помолчал, затем кивнул:
– Да... дураком... – Он покосился на девушек в сторонке и уныло прибавил: – В таких вот недоступных замухрышек почему-то очень легко влюбиться. А влюбленные пацаны – все дураки!
Глава 5
Гром и молния в одном магазине
Небо хмурилось, грохотал гром, а дождь все никак не начинался. Лера шла вдоль витрин, одетая в длинный серебристый плащ и черные сапоги на шпильках. Ее спутник семенил чуть впереди и поминутно заглядывал ей в лицо. Она останавливалась возле красивых вещей, и он останавливался: вздыхал, засовывал руки в карманы белой куртки, снова и снова смотрел преданно и печально, но возражать против таких остановок не смел.
– Я ведь тебя люблю, Лер! – воскликнул парень, когда девушка отошла от очередной витрины, где за стеклом на стульях сидели разодетые в вечерние платья манекены.
Она даже на него не посмотрела, лишь обронила:
– Люби.
– Тебе все равно?
Девушка пожала плечиком.
– Скажем так: от твоей любви мне ни холодно, ни жарко.
Он схватил ее за руку и попытался обнять, но Лера не далась.
– Да как же станет жарко, если ты ничего не позволяешь! – возмутился парень.
Она брезгливо сморщилась.
– Господи, Дима... Выдави ты наконец на подбородке прыщи!