Конечно, надо полагать, ни одной крысе не приходилось еще встречаться с таким таинственным и невиданным явлением, как круглый ком листьев, идущий на ножках. Немудрено, что наша грызунья присела и затряслась от страха.

Но дело этим не кончилось; ужасное привидение, выйдя на край вала, вдруг стало безногим и покатилось вниз, прямо на крысу... Ком легких сухих листьев, понятно, покатился бы медленно; этот же несся вниз быстро, как нечто тяжелое, и налетел на изумленного зверька, взвизгнувшего и запищавшего совсем по-поросячьи. Завизжала крыса, впрочем, не только от страха, - неведомое создание оказалось ужасно колючим. Точно оно состояло не только из листьев, но и из обломанных концов веток и даже из чего-то хуже, гораздо хуже!..

А когда в довершение всего странное существо это вдруг высунуло ноги и заходило кругом, похрюкивая, и когда от него разнесся тот же мерзкий запах, который чувствовался вокруг мертвого кролика, - последние остатки храбрости исчезли из сердца крысы, и она как полоумная кинулась бежать в темноту очертя голову.

Только через три ночи после этого собралась она с духом, чтобы пойти поохотиться вдоль канавы. Теперь, однако, она шла другой дорогой, - по верху плетня, где, между оставленными сухими ветвями, можно было попасть и на птичье гнездо. А крыса была большой любительницей яиц.

Она решила напасть на гнездо куропатки, помещавшееся на земле, под этим самым плетнем и в этих самых местах. Приметила она это гнездо еще с неделю назад; тогда оно было еще пустое, но теперь, должно быть, уже куропатки нанесли в нем яиц. Крыса спустилась с плетня, разыскала место и, подойдя к гнезду, с нахальной развязностью, смело сунулась в него.