"Вообще тема героини -- просто смерть. Читать про нее любые вещи -скучно. Не знаю, что посоветовать, убрать эту линию почти невозможно, и, как идея, она нужна, но она заставляет читателя зевать. Я предлагаю сильно сократить все, что с ней связано".

"Герой с ней связан. Может быть, сократим героя? -- зло думаю я. -- И потом, если разобраться, мы все скучные -- герои, авторы. Едим, работаем, ебемся, гуляем... Чего ж тут веселого? Чего она от нас хочет? Что мы должны делать, чтобы ей было весело?"

В одном месте мой герой говорит: "Я несколько раз пытался ее убедить поебаться со мной..." На поле быстрая приписка редактора: "Совсем ненужные сведения". "Не со-гласен, -- размышляю я. -- По-моему, самые что ни на есть нужные".

Герой работает поваром в ресторане. Реакция редактора: "Следует убрать эту ис-торию, а жаль". Автор уже привык к тому, что следует убрать ту или иную историю и что жаль. Начинает постепенно выясняться идеал редактора -- редактор явно предпочитает героя, который бы как можно меньше двигался. Желательно даже, чтобы он вовсе не вы-ходил за дверь своего дома. В книге есть пятистепенный эпизодический персонаж в инва-лидном кресле -- Энтони. Автор думает, а не сделать ли ему Энтони героем книги, чтобы угодить редактору. Уж Энтони-то не полетит в Калифорнию и не поедет автобусом в Вирд-жинию, и в ресторан его поваром не возьмут, и таким образом можно будет избавиться от героини -- здоровой американской девки с большой пиздой. Ей явно нечего будет делать с начисто парализованным Энтони. Даже в карты играть не смогут.

Привязанность редактора к месту жительства героя невероятна. Страница 163 -- герой на Шестой авеню и Девятой улице остановлен членами сексуальной коммуны, кото-рые хотят взять его к себе. "Наши девочки обратили на вас внимание..." -- объявляет бо-родатый юноша-коммунар герою. Близок желанный миг... Но редактор не дремлет, она уже тянет героя за рукав. На полях невероятная пометка: "Пора вернуться к дому!" Ни хуя се-бе!.. Не дает герою погулять. Никаких сексуальных коммун, иди домой, ишь ты, распустил-ся. Остановился на углу и пиздит, блядь такая!