Или то вовсе не он? Но кто тогда? Я вцепился в одеяло еще сильнее, не отводя взгляда от розетки. Я просидел так всю ночь, боясь шелохнуться и отчаянно прося у небес, чтобы до восхода солнца не привезли какого-нибудь окровавленного пьяного дегенерата и мне не пришлось к нему выходить. Я почему-то опасался, что прозектор караулит меня за дверью, а прутик удерживает кто-то второй, и лучше не выяснять, кто конкретно.

При первых знаках пробуждения жизни - звяканьи ведер в коридоре, хлопаньи дверей и шуме мотора, я опрометью вылетел из кабинета, одевшись кое-как. Час был ранний, и мне пришлось без дела слоняться по этажам, изображая занятость. Когда больница наполнилась людьми и ожила бесповоротно, я вернулся и увидел, что прутик исчез. За стеной царила тишина - было ясно, что там никого нет.

Не слишком богатый, я впоследствии все же предпочел тратиться на билеты, ездить на службу поездом и избегать катафалка. Отказ от дежурств нанес моему кошельку еще одну брешь, и мне волей-неволей пришлось умерить кое-какие аппетиты.

27 апреля 1997