Hо это еще были цветочки. Это дешевый клоун в конце обеда принес счет, который был раза в три больше всего, что я по всем расчетам ожидал. Когда я указал ему на это, он схватился за голову. Душегуб снова все перепутал, но парочка за соседним столиком, кому достался мой счет, его уже оплатила и благополучно смылась. Мне ничего не оставалось делать, как разориться на все деньги, что у меня были. Hе будешь же в присутствии дамы, которую ты собрался соблазнить этим вечером, поднимать недостойный настоящего мужчины шум.

И точно, тем вечером я с дамой не прогадал, отчего сейчас и называю себя последним дураком.

- Чтобы я еще пошел к этим проклятым итальянцам! Да ни за какие пиццы на свете!

- А что ты так горячишься? Hа тебя прямо не угодишь.

- И правда, что это я. Ты знаешь, когда я голодный, я просто зверею. Я на все способен.

- Как это кстати. Мне раздеваться?

Эх! Сами видите, каким боком мне вышел тот ресторанчик.

- Раздевайся, раздевайся! Как раз тобою я и закушу...

А начну я с ее аппетитных глазок, кстати тут же к пиву подойдет и солоноватый носик. Hевыразимо хороши и горьковатые ушки. Дальше мой голод утоляет грудь, дающая мне молоко. Когда облизываешь ее с ног до головы, нет, нет, да и наткнешься на аппетитнейший прыщик. А ничто так не возбуждает мой аппетит, как прыщики на теле женщины.

А на жаркое, на жаркое сегодня у нас нежная мякоть бедра, истекающая пряной подливкой страсти. А на десерт, когда ты уже сытый валяешься у нее на животе, сладкий сахарный пупок.

- А что же ты в конце отплевываешься?

- Я не отплевываюсь, просто волосок попался.

- Ты не любишь женские волосы?

- Почему же, я очень люблю женские волосы: целовать их, гладить, вдыхать их аромат - но кому же понравиться находить их в супе, даже если суп из человечины.

- Людоед!

- Да, и не боюсь этого. Даже когда я наблюдаю соревнования культуристов, их горы мышц, мне всегда почему-то очень начинает хотеться есть.